Прародители алтайской семьи языков выращивали просо на северо-востоке нынешнего Китая

Международный коллектив ученых под руководством Мартины Роббетс (Martine Robbeets) из Института истории человечества Общества Макса Планка, объединив данные лингвистики, археологии и генетики, высказал предположение, что прародителями обширной алтайской семьи языков были неолитические земледельцы, жившие на северо-востоке нынешнего Китая.

В алтайскую языковую семью включают тюркские, монгольские, тунгусо-маньчжурские языки, а также корейский и японский. Авторы статьи проанализировали словарные данные 98 языков, выделив слой древнейшей лексики, связанной с сельским хозяйством. Также они изучили данные о 255 археологических памятниках в Китае, Японии, Корейском полуострове и на Дальнем Востоке России, оценив сходство керамики, каменных орудий труда, останков растений и животных. Они также учли данные о 269 древних остатках урожая с разных мест. Помимо этого, ученые провели геномный анализ древних останков 23 человек и изучили полученные ранее генетические данные о других древних жителях Восточной Азии.

Все многочисленные алтайские языки, по мнению авторов исследования, происходят в конечном итоге от группы земледельцев, живших около 9000 лет назад и занимавшихся выращиванием проса. Их культура была распространена в бассейне реки Западная Ляо (Силяохэ) на территории нынешнего автономного района Внутренняя Монголия и прилегающих провинций Ляонин и Цзилинь.

Приблизительно в VII–V тысячелетиях до нашей эры начало культивирования проса, сопровождавшееся ростом населения в регионе, привело к отделению от праалтайской общности будущих японской и корейской ветвей. В середине четвертого тысячелетия до нашей эры часть земледельцев начала мигрировать к востоку вокруг Желтого моря в Корею и в Приморье, дав начало тунгусо-маньчжурской и корейской ветвям алтайской семьи.

В эпоху поздней бронзы в евразийских степях происходил обширный культурный обмен, что привело к смешению популяций из региона Западной Ляо и восточных степей с западноевразийскими генетическими линиями. С лингвистической точки зрения это взаимодействие отражено в заимствовании сельскохозяйственной лексики в прамонгольский и пратюркский языки, особенно в отношении выращивания пшеницы и ячменя, выпаса скота, молочного животноводства и коневодства.

Около 1300 г. до н. э. земледельцы из области Ляодун-Шаньдун мигрировали на Корейский полуостров, принеся с собой рис, ячмень и пшеницу. Эта миграция отражается в ранних заимствованиях между японским и корейским языками. Около 1000 г. до н. э. этот тип сельского хозяйства распространился на острове Кюсю, что вызвало переход к полномасштабному земледелию. Исследователи связывают с этим переход от археологической культуры Дзёмон к культуре Яёй и распространение японского языка на островах. При этом их данные противоречат предыдущим выводам о связи культуры Дзёмон с миграциями на север австронезийского населения с острова Тайвань.

Исследование опубликовано в журнале Nature.