Как надо заканчивать гражданскую войну

Тут по Сети потекли слюни о том, как надо заканчивать Гражданскую войну - страшным судом над сталинскими палачами, плевками в зеркала или лёгкими дуновениями забвения. Что ж... Придётся рассказать, как оно - заканчивать Гражданскую практически, а не теоретически.

В моём роду дважды закончилась Гражданская война.

Дважды.

Прадед мой по отцу, Филипп, был денщиком Подтёлкова, а поймали красных подтёлковцев другие прадеды, уже по бабушке по отцу. (И казнили моего родного прадеда вместе с Подтёлковым так, что Михаил Александрович Шолохов, доподлинно узнавший ту историю, струсил и наврал с три короба, до смерти испугавшись правды о русском народе).

В конце концов, и красные, и белые мои прадеды перебили-повывели друг друга почти под корень, но так Господь управил, что дед мой, сам из красных хопёрских казаков, спрятавшийся от родного НКВД в Ленинграде, подбивший танк у Усть-Ижоры ("Мы под Колпиным скопом стоим, артиллерия бьёт по своим..."), после боя инвалид, жену потерявший в бомбёжке Ленинграда, после прорыва Блокады, приехавший в родное село, встретил и полюбил девушку с синими-синими глазами, и была она последней из рода белых казаков - тех, кто прадеда Филиппа ловил.

Так мой отец родной родился, так в первый раз закончилась Гражданская в моём роду.

Прадед мой по маме, Александр, был слишком умелым плотником, потому зажиточным. И раскулачивали его в 1929-м бравые комсомольцы. Отсидел четыре года, вернулся, три года пожил с семьёй счастливо, да и, как уже готовому политическому, в 37-ом впаяли десятку без права, вышел в 46-м, пришёл домой тенью двухметрового красавца, и вскорости умер от туберкулёза. А когда я сам женихался, то добрые соседи к моим бабушкам приходили и криком шептали: "Да вы с ума сошли! Вас кто раскулачивал? Кто вашего отца в лагеря отправил?!" И были правы, конечно, потому что моего прадеда Александра раскулачивала родная бабушка моей жены.

И был семейный сход старших двух родов, и старые люди встретились, обо всём вспоминали и решили не мешать любви двух студентов. Так родились мои сыновья, так во второй раз закончилась Гражданская в моём роду.

Так к чему это я всё веду...

Можно гореть мщением, раскапывать могилы и, подобно обезьянам, швырять друг в друга черепами родственников. Можно горделиво плевать друг в друга, выясняя, кому милее упыри Свердлов с Землячкой, а кому упыри Анненков с Унгерном.

Можно кричать, что если ты за Родину, то обязательно за Сталина, а можно кричать, что если ты за Родину, то обязательно за их высокоблагородий.

Можно сделать вид, что ничего не было, так, легким, подлым дуновением сдуть с ладони память - всё забыть, жить легко, мол - зла нет, зло прошло...

А можно и по-другому.

Практически.

На деле - делом преодолеть - так, как деды-прадеды, бабушки-прабабушки, сами ту Гражданскую пережившие, всё знавшие, всё помнившие, ничего не забывшие, всё рассказавшие и научившие - как они Гражданскую на самом деле закончили.

Любовью.

Дмитрий Конаныхин