В Москве увеличивается спрос на ревизионную маммопластику

Спрос на ревизионную (повторную) маммопластику в Москве продолжает расти. О том, почему исправлять сложнее, чем делать заново, и как международный опыт меняет российскую медицину, рассказал и ответил на вопросы, интересующие читателей, руководитель центра «Ланцеть» при ИПХИК, кандидат медицинских наук Мельников Дмитрий Владимирович.

— В 2026 году прослеживается парадокс: технологий всё больше, а пациенток, желающих «переделать» грудь, не становится меньше. Почему?

— Это логичный итог «бума» пластики прошлых лет. Многие пациентки тогда ориентировались на агрессивную рекламу и низкую цену, не осознавая, что хирургия груди — это не просто установка импланта, а долгосрочное планирование жизни тканей. Сегодня мы пожинаем плоды: асимметрия, миграция имплантов или просто неудовлетворенность эстетикой через 5–10 лет. Повторная операция — это всегда работа с рубцами и измененным кровоснабжением. Это требует от хирурга колоссального опыта именно в реконструкции.

— Вы возглавляете центр пластической хирургии «Ланцеть» при Институте пластической хирургии и косметологии (ИПХИК). Насколько важна такая серьезная база для пациента?

— Это критически важно. В 2026 году пациент стал мудрее — он ищет не «красивый кабинет», а безопасность. Работая на базе такого фундаментального учреждения, как ИПХИК, мы имеем доступ к диагностическим мощностям и реанимации экспертного уровня. Центр «Ланцеть» строится на принципах академической медицины. Здесь решаются задачи, за которые не берутся многие частные клиники без стационара.

— Вас часто называют «международным» хирургом. Вы стали первым российским специалистом, получившим лицензию в Дубае. Зачем это нужно врачу с успешной практикой в Москве?

— Это вопрос подтверждения квалификации на мировом уровне. Лицензия в ОАЭ — одна из самых сложных в получении. Для меня было важно не просто приезжать на консультации, а создать там команду полного цикла. Это позволяет нашим пациентам получать одинаково высокий стандарт сервиса и безопасности как в Москве, так и в Дубае. Мы привозим в Россию лучшие мировые протоколы, а в Эмиратах представляем сильную российскую школу хирургии.

— Вы также преподаете в Сеченовском университете. Как академическая работа помогает в операционной?

— Наука дисциплинирует ум. Когда ты доцент университета, ты не имеешь права на «интуитивные» решения — только доказательная медицина. Это помогает в анализе сложных случаев. Повторная пластика — это всегда уравнение со многими неизвестными, и здесь научный подход к анализу тканей спасает результат.

— Какой главный совет можно дать тем, кто ищет «лучшего пластического хирурга» в 2026 году?

— Смотрите на три вещи: специализацию (хирург не может делать «всё» одинаково хорошо), академическую базу (связь с крупными институтами, такими как ИПХИК) и признание профессиональным сообществом за пределами одной страны. И помните: в хирургии груди качественный результат — это тот, который остается стабильным через 10 лет, а не через месяц после операции.

ФОТО: Изображение от Magific