Суд отменил решение об изъятии детей у удалившей грудь екатеринбурженки

Как сказал Алексей Бушмаков, в суде он настаивал на отсутствии законных оснований для отобрания детей и на том, что этот спор должен разрешаться в порядке гражданского, но не административного судопроизводства. «Суд рассмотрел дело по правилам Кодекса об административном судопроизводстве, а необходимо было рассматривать по Гражданскому процессуальному кодексу, так как спор связан с семейными правоотношениями», — объяснил юрист Юлии Савиновских Алексей Бушмаков.

Суд также отменил другое решение нижестоящего суда, который приостанавливал рассмотрение иска районных органов соцзащиты о расторжении контракта опеки.

Кроме этого, органы опеки подали иск о расторжении контракта с Ю.Савиновских. Юлия пробовала оспорить данное решение в суде, однако районный суд встал на сторону органов опеки.

Органы опеки изъяли у Юлии Савиновских и ее мужа Евгения 2-х приемных детей летом. Дело было отправлено на новое рассмотрение. — Мы говорили, что это различные дела, они не связаны друг с другом, просили рассмотреть.

Свердловский областной суд отправил на пересмотр дело жительницы Екатеринбурга Юлии Савиновских, которая требовала признать преступным приказ об освобождении ее от обязанностей опекуна. Как передает pr-служба Свердловского облсуда, апелляционная жалоба многодетной мамы была рассмотрена 6 декабря.

Ранее говорилось, что Следственное управление СК РФ по Свердловской области организовало доследственную проверку относительно правомерности действии органов опеки по изъятию 2-х приемных детей у жительницы Екатеринбурга.

В самом начале 2017-ого Юлия решилась на операцию по удалению груди (у нее был бюст 7-го размера).

Органы опеки подозревают женщину в том, что она сделала преступную операцию по смене пола. «Потенциальная угроза нравственному здоровью детей, на наш взгляд, не имеет достаточных доказанных оснований». Узнав об операции, опека изъяла из семьи мальчиков и в одностороннем порядке разорвала с дамой договор опеки.

Стоит припомнить, что конфликт между екатеринбурженкой и органами опеки разразился летом.