У Кремля есть вариант перехода к бескомпромиссному противостоянию с США

«Отношение на нуле» – это полное отсутствие отношения. Это означает, что в кладовых нашей внешней политики, где хранятся инструменты на все случаи жизни, есть и план сворачивания всех контактов с США. Возможно ли это в принципе? В заявлениях Владимира Путина относительно «кремлевского доклада» наиболее любопытным мне показался тот момент, когда глава государства рассказывал об ответных мерах, к которым готовился Кремль. Оказывается, руководство страны всерьез рассматривало вариант полного разрыва отношений. Вот именно в таком радикальном формате. Иначе ведь невозможно интерпретировать вот эти путинские слова: «Мы ждали этого списка, и, не буду это скрывать, мы готовы были предпринять ответные шаги, причем серьезные, которые бы скатили наши отношения к нулю». Насколько мне позволяет судить об этом знание русского языка, «отношение на нуле» – это полное отсутствие отношений. Это означает, что в кладовых нашей внешней политики, где хранятся инструменты на все случаи жизни, есть и план сворачивания всех контактов с США. Возможно ли это в принципе? Наверное, нет, поскольку есть сферы и вопросы, в которых наши страны пересекаются независимо от того, хотят они этого или нет, а потому минимальный уровень сотрудничества или согласования позиций – по той же Сирии, к примеру – будет сохранен при любой погоде. При «нулевых» отношениях, надо полагать, в рабочем режиме подстраиваются к текущей ситуации в минимально необходимом объеме механизмы, обеспечивающие должный уровень безопасности, чтобы не довести ситуацию до нового Карибского кризиса. Но перекрывается весь колоссальный массив связей между странами – экономических, культурных, политических. Это как раз и называется холодной войной, поскольку подобный разрыв возможен только между сторонами, считающими друг друга не просто соперниками или «партнерами» (как называет американцев руководитель России), чья политика временно и по случайным причинам является недружественной, но между противниками или даже врагами. Соответственно, в Кремле рассматривается вариант перехода из состояния взаимного непонимания, в котором, возможно, рано или поздно будет поставлена точка, к открытому и бескомпромиссному противостоянию – холодной войне (поскольку горячая между обладателями ядерного оружия пока еще невозможна по умолчанию). И то, что этот переход не сделан сейчас, вовсе не означает, что его не будет вовсе: глава минфина США Стивен Мнучин сегодня заявил, что санкции на фигурантов «кремлевского доклада» все же будут наложены. «Ни в коем случае не надо думать, что мы не введем санкции против людей из этого списка», – сказал он. Соответственно, проект «скатывания до нуля» имеет все шансы дождаться своего часа, хотя, судя по первым, достаточно комичным, шагам американской администрации во исполнение санкционного закона, нынешние хозяева Белого дома выбрали извилистую тропу саботажа и, по всей вероятности, с большим или меньшим успехом будут двигаться по ней и дальше. Мне кажется, что им, учитывая слова президента России о готовности ответить на ужесточение санкционного давления самым радикальным образом, стоило бы подумать, прежде чем принимать какие-либо чреватые довольно скверными последствиями решения. Ведь санкции рассчитаны на то, чтобы вынудить Россию следовать рекомендациям США и западного мира – в вопросах, связанных не только с Украиной, но и с выборами, политическим устройством страны, во всех аспектах внутренней и внешней политики, вызывающих недовольство Вашингтона и критику с его сторону. Вместо того, чтобы сохранить хоть какие-то рычаги влияния на ситуацию в России, администрация Дональда Трампа получит страну, которая просто изолирует себя от всяких контактов с Америкой. И таким образом станет непроницаема для любого внешнего воздействия. Ну или, по крайней мере, в очень малой степени будет ему подвержена. Это будет означать, что инициаторы давления на Россию добьются целей, которые окажутся прямо противоположны поставленным изначально. Россия и Америка отдалятся друг от друга на расстояние, не позволяющее объяснить друг другу тот или иной свой посыл – те же санкции, к примеру. Я полагаю, что подобная реакция Москвы – хотя она и пугает своим кажущимся радикализмом – может стать весьма разумным действием, поскольку она сразу обездвиживает те силы в России, которые хотели бы смены и власти, и политического режима в стране. Силы, которые полностью поддерживают любые рестрикционные меры извне, которые могут в идеале обеспечить желаемый результат. Изоляция лишает такие группы возможности транспортировать в Россию по привычным каналам идеи и ресурсы, направленные на подрыв политической системы. Проще говоря, они как бы автоматически приобретают статус иностранного агента, а вместе с ним и весь набор признаков, делающих невозможным их участие во внутренней политике. #{author}Путин, кроме всего прочего, очень внятно объяснил, что если Америка будет продолжать играть в эту опасную игру с санкциями, то нам есть чем заняться, полностью отключившись от той лихорадки, в которой ее колотит уже весьма продолжительное время. «Думать о себе» – это прекрасный крестьянский принцип, позволяющий отгородиться от бури, бушующей за стенами дома, важными домашними делами: экономикой, здравоохранением, обороноспособностью, сельским хозяйством. Самое главное, что у нас это все есть и мы можем себе позволить на время отвлечься от дурацкой и шумной ссоры, в которую нас всеми силами пытаются затянуть. По материалам издания ВЗГЛЯД По материалам: amdn