Олесь Бузина: главный идеолог Русской Украины

16 апреля 2015 года в Киеве под окнами собственного дома жестоко и цинично был убит журналист Олесь Бузина. В отличие от тех многих, кто на днях разразился колонками и постами о «личной трагедии» по поводу смерти Бузины, я его и правда знал лично. Поверхностно, правда: мы общались всего пару дней, но мне этого оказалось достаточно. В 2014 году, почти сразу после начала войны на Донбассе, в Сербии проходил какой-то форум, посвящённый антиглобализму, «информационке», на нём присутствовали видные представители Украины, России, Сербии, Болгарии, контролируемых этническими сербами районов Косово.

У человека, который занимается политикой и политтехнологиями, такое бывает часто. Многие из политиков или журналистов, в которых мне приходилось «влюбляться», в живом общении оказывались жадинами, скупердяями, занудами, а «противозы» с экрана наоборот — душевными и интересными собеседниками.

Бузина для меня тогда однозначно входил в ТОП-5 сильнейших русскоязычных публицистов современности. Так вот, насколько яркими, актуальными, вызывающими были его колонки в газете «Сегодня», настолько скучным человеком в живом общении оказался он сам. Бузина вёл себя совершенно не компанейски: когда вечером остальные тоже далеко небезызвестные люди расслабились от бесконечных тренингов, смеялись, шутили, выпивали виски, танцевали и развлекались, Бузина отвёл пару человек в сторонку и стал обсуждать какие-то исторические особенности австрийских династий, Священной Римской империи, янычар и прочего. Даже в аэропорту Белграда, когда мы прощались, он продолжал с кем-то ожесточённо спорить по какому-то очередному «непримиримому» историческому вопросу.

И я думаю, Бузина бы совершенно не обиделся на моё мнение о нём. Собственно, в своём «Вурдалаке Тарасе Шевченко» он развенчал миф о непорицаемом украинском поэте, так почему бы мне в некотором роде не развеять ореол Бузины?

Бузина был совершенно такой же железобетонный и «неживой» в политике — с его узнаваемостью, связями и возможностями, он не нашёл места в рядах какой-то серьёзной политической силы или рядом с отдельным политиком. Его максимум — 4 место на выборах в Верховную Раду по Киеву от маргинального тогда «Русского блока».

В этом плане Бузина напоминал Эдуарда Лимонова — такой же нарциссический, непрошибаемый, негибкий. Правда, Лимонова и я всё же характеризую как писателя, а для Бузины лучше звучит определение «публицист». Бузина не смог выразить свои идеи и убеждения через художественные произведения, романы или повести, он говорил о политике и истории напрямую, без образности. И в этом смысле он, конечно, был главным идеологом другой Украины — небандеровской, неевроатлантической, негаличанской. Он был, пожалуй, главным теоретиком Русского мира в его украинской версии и в этом плане уступал, наверное, лишь министру образования времён Януковича-Азарова Дмитрию Табачнику. Наконец, в 2014 году лёд тронулся и идеи Бузины вдруг стали определяющими для одной части страны, и глубоко, на уровне животных инстинктов ненавистны — для другой.

У меня не возникает сомнений, что истинным виновником убийства является режим Порошенко-Авакова. И пусть ни тот, ни другой не отдавали прямых приказов по ликвидации оппозиционного журналиста, атмосфера ненависти, созданная в стране этими людьми, способствовала преступлениям, подобных этому.

Отсутствие прогресса в расследовании я делю на две части. Первая — поведение самого следствия, которое, поиграв в симуляцию перед международными организациями, выпустило головорезов Медведько и Полищука на свободу менее чем через год. Второе — отсутствие солидарности журналистского коммьюнити Украины, которое не проявило ни капли сочувствия и даже, судя по всему, скрыто симпатизировало «подвигу» националистических мстителей. Символичными на этом фоне оказались слова журналиста Павла Шеремета, который назвал Бузину «фриком политической журналистики»… и через год сам погиб в результате взрыва автомобиля.

Собственно, отвечая на попсовый вопрос, популярный нынче в прессе, сдвинется ли дело Бузины с мёртвой точки при Зеленском, отвечаю — нет, не сдвинется. Для Зеленского и его клики Олесь такой же враг, как и для Порошенко, а ветераны-упыри типа Медведько — «самые мужественные люди этой страны». Недаром ведь Зеленский отказался от встречи с матерью Бузины, Валентиной Павловной, которая хотела пожаловаться главе государства на отсутствие прогресса в наказании виновных. По-моему, одного этого факта достаточно.

Артём Бузила, Луганск