«Санта-Алиев Барбара»: в Азербайджане идёт «внутрисемейный транзит власти»?

Поспешным решением о роспуске парламента и проведением досрочных выборов в Азербайджане завершился первый этап «транзита власти». Находящийся в эмиграции в Нидерландах известный азербайджанский политолог, правозащитник и историк Ариф Юнусов считает, что президент республики Ильхам Алиев и его супруга Мехрибан Алиева, представляющая так называемый «клан Пашаевых», одержали, наконец, победу над своими многолетними конкурентами — «старой гвардией» покойного «лидера нации» Гейдара Алиева во главе с Рамизом Мехтиевым. По словам Юнусова, теперь начнется вторая часть «транзита власти» — ее переход от Ильхама Алиева к Мехрибан Алиевой. Об итогах досрочных парламентских выборов корреспондент ИА Newstes побеседовал с Арифом Юнусовым.

Какое у вас сложилось впечатление о выборах в Азербайджане Как вы оцениваете итоги?

— С конца 1990-х, а тем более в период правления Ильхама Алиева парламентские выборы не вызывали особого интереса у населения. Все прекрасно понимали, что никаких выборов нет на самом деле, все изначально решали власти, конкретно — глава президентской администрации Рамиз Мехтиев. Именно он определял, кто будет депутатом, а кого не допустят под разными предлогами. Не было секретом, что без его предварительного согласия никто в парламенте не мог оказаться. И вдруг в конце прошлого года произошли неожиданные события — был отправлен в отставку Рамиз Мехтиев и еще ряд одиозных чиновников, затем последовало неожиданное решение о самороспуске парламента (впервые за 28 лет независимости Азербайджана!), причем власти преподнесли это как начало реформ и омоложения правительства, политической элиты. И у части населения, особенно у молодых и наивных, в итоге возникли иллюзии, что появилась возможность для честных выборов.

Традиционная и самая главная оппозиционная сила — Национальный совет демократических сил Азербайджана (НСДС) почти сразу после назначения даты выборов в начале декабря принял решение не участвовать в них. Свое решение лидеры НСДС объяснили тем, что «избирательное законодательство носит абсолютно реакционный характер, избирательные комиссии находятся под полным контролем власти, свободные медиа устранены, свобода собраний фактически запрещена, в стране более 100 политзаключенных. В Азербайджане царит тотальный полицейский надзор и административное давление». И потому НСДС предложил вначале провести пакет мер по обеспечению минимальных стандартов соответствия избирательной кампании международным критериям свободных и справедливых выборов. В случае отказа властей, НСДС предложил всем бойкотировать выборы.

Лидер другой оппозиционной партии «Мусават» Ариф Гаджылы вначале согласился с этим и даже заявил тогда же, что, «не создавая нормальных условий для выборов, власти подталкивают оппозицию к бойкоту выборов». Но через несколько дней стало известно, что «Мусават» все-таки пойдет на выборы.

Лидер партии РЕАЛ («Республиканская альтернатива») Ильгар Мамедов излучал уверенность и даже самоуверенно заявил, что хотя на избирательную кампанию отведены очень короткие сроки, всего два месяца, но «для нас этого достаточно». Еще больший оптимизм демонстрировали лидеры других партий и общественных организаций.

За этим, конечно, стоял прагматичный расчет. Ведь это опытные политики, которых сложно обвинить в наивности и политической близорукости. Безусловно, они прекрасно понимали, что выборы пройдут под контролем властей и в парламенте решающее слово снова будет за правящей партией «Ени Азербайджан» («Новый Азербайджан»). Но они надеялись, что хоть несколько мест для их партии также будет предоставлено. Ведь в азербайджанском парламенте всегда определенное место власти оставляли для «конструктивной оппозиции». Эта ширма для Запада еще со времен Гейдара Алиева использовалась властями, на это сейчас и делался расчет. По сути, часть оппозиции повела борьбу за места среди «конструктивной оппозиции».

Но и в обществе внеочередные парламентские выборы вызвали большой энтузиазм. Во многом это объяснялось тем, что люди устали от правления одной и той же коррумпированной и лицемерной насквозь правящей партии «Новый Азербайджан», хотели перемен в стране, надеялись, что новые политики внесут изменения в жизни общества.

Это особенно ярко проявилось в период встреч кандидатов с избирателями. Социальные сети заполнили кадры изгнания многих проправительственных депутатов во время их встреч с избирателями. Причем это происходило не в столице, где политическая активность всегда была высокой, а в регионах, где население до сих пор не проявляло политической активности. Причем все эти публикации часто были делом рук рядовых граждан и местных активистов.

Однако реальность оказалось жестокой. Внеочередные парламентские выборы 9 февраля прошли в обстановке массовых фальсификаций и вопиющей незаконности. Конечно, вбросы бюллетеней в урны в пользу «нужного» властям кандидата, все эти «карусели» и препятствия работе наблюдателей были всегда на выборах и не стали новостью. Но сейчас все это носило массовый и бесцеремонный характер даже для привыкших к постоянным фальсификациям азербайджанцев.

В шоке оказались даже лидеры тех партий, которые согласились пойти на выборы в надежде на несколько мест в парламенте. Уже на следующей день, 10 февраля, оппозиционные партии «Мусават», РЕАЛ и «Умид» сделали заявления о массовых фальсификациях и потребовали отмены итогов выборов.

Еще сильнее разочарование у населения, поверившего в обещанные властями перемены. Стало ясно, что заявленных властями реформ и перемен не стоит ждать. Вместо одних одиозных чиновников и депутатов в правящей элите будут новые, которые очень скоро станут такими же одиозными, как и их предшественники. В то же время 9 февраля азербайджанское общество послало четкий месседж властям, что оно хочет перемен. Прежняя жизнь уже не устраивает. А значит, впереди Азербайджан ожидают сложные времена.

Каким будет расклад сил в новом парламенте Азербайджана?

— В распущенном парламенте из 125 мест большинство (69) принадлежало правящей партии «Новый Азербайджан». Остальные — это представители «конструктивной оппозиции» или так называемые «беспартийные» кандидаты. Но фокус заключался в том, что и те, и последние также были частью правящей команды, но под другим именем.

Только очень наивные могли поверить, что этот расклад будет изменен в ходе нынешних выборов. Так и получилось. После обработки 90% бюллетеней ЦИК 10 февраля заявил, что правящая партия Ильхама Алиева «Новый Азербайджан» уже имеет 65 мандатов. То есть, практически столько, сколько было официально и раньше. После обработки оставшихся бюллетеней у правящей партии добавится еще несколько мандатов. Остальные места будут предоставлены «конструктивной оппозиции» и «беспартийным» сторонникам властей. То есть, расклад сил в азербайджанском парламенте останется прежним.

Трагикомичность ситуации заключается в том, что принимая 2 декабря 2019 г. решение о роспуске, депутаты от правящей партии объяснили свое решение необходимостью омоложения своих рядов для помощи президенту в его реформах. И сейчас большинство из этих экс-депутатов вновь оказались в парламенте и уберут тем самым приставку «экс». И у многих возник закономерный вопрос — а зачем вообще было распускать парламент, если всё и так осталось по-старому?

Много говорилось о транзите власти внутри азербайджанской элиты посредством этих выборов. Произошёл ли этот транзит и к кому перешла власть?

— Транзит власти начался еще осенью прошлого года, когда Ильхам Алиев и его супруга Мехрибан Алиева одержали наконец победу над своими многолетними конкурентами во власти — старой командой Гейдара Алиева во главе с Рамизом Мехтиевым. Но победа была не полной, в парламенте и в органах исполнительной власти еще оставалось много сторонников из старой команды. И для того, чтобы не было неожиданностей, клану Пашаевых нужно было обезопасить себя и избавиться от многих сторонников старой команды и в парламенте. Именно этим объяснялось поспешное решение о роспуске и внеочередных парламентских выборах. Теперь же, когда все позади, нас ожидает вторая часть транзита во власти — переход власти от Ильхама Алиева к Мехрибан Алиевой. Еще до выборов во многих правительственных учреждениях уже начали водружать портреты Мехрибан Алиевой. Нам надо готовиться к внутрисемейному транзиту, своего рода Санта-Алиев Барбаре.

Повлияют ли итоги выборов на процесс карабахского урегулирования? Если да, то как, если нет, то почему?

— Нет, в алиевском Азербайджане парламент не играет какой-либо роли, его задача — законодательно оформлять посылаемые из президентского аппарата документы. В карабахском вопросе все будет так же, как и раньше, где переговоры и решения являются прерогативой президента.