Шведский профессор-историк: В ЕС пытаются переписать историю Второй мировой

В сентябре 2019 года Европарламент принял большинством голосов резолюцию под названием «О важности сохранения исторической памяти для будущего Европы». Этой резолюции ведущие европейские СМИ почти не уделили внимания. А между тем её основная идея заключается в утверждении, что Вторую мировую войну нацистская Германия и Советский Союз «развязали сообща». Об этом пишет заслуженный профессор истории Гётеборгского университета Леннарт Пальм в статье для Nyhetsbanken.

Он напоминает о том, что Вторая мировая война во многом стала продолжением Первой мировой, когда европейские политические элиты «в борьбе за колонии и рынки отправили свои народы на самую опустошительную бойню в истории». После чего победители, в первую очередь Франция, Великобритания, США и Бельгия, назвали Германию «единственным виновником» той войны и потребовали огромных репараций, отобрав такие традиционно немецкие регионы, как Эльзас-Лотарингия и Западная Пруссия, и передав Рейнскую область под чужое управление.

После чего в 1917 году пала Российская империя, на смену которой пришли новые самостоятельные государства: Финляндия, страны Прибалтики, Польша и другие, которые позднее вошли в состав СССР, а в России вплоть до 1922 года продолжалась гражданская война между красными и белыми, говорится в статье. При этом белым помогали сотни тысяч солдат из западных государств: Германии, Великобритании, Чехословакии, США, Финляндии и прочих, констатирует автор. Кроме того, Польша в 1919 году напала и аннексировала большие территории, ныне относящиеся к Украине и Белоруссии, которые Сталин только в 1939 году смог отобрать назад — и все эти интервенции не только повлекли за собой разрушения, но и заставили советское общество «почувствовать себя в осаде», пишет шведский профессор-историк.

Советский Союз был убеждён, что живёт во враждебном окружении, а когда к власти пришёл Гитлер, стало крепнуть убеждение, что главная угроза — это Германия, поясняет автор. О намерении Гитлера создать «жизненное пространство на востоке» и подчинить живших там «низших людей» было широко известно из книги «Моя борьба», также было известно о том, что Германия наращивает вооружения, в том числе благодаря тайному сотрудничеству с Веймарской республикой.

Вторжение в Рейнскую область и нападение на Испанскую республику сделали ситуацию «ещё более очевидной», и уже в 1934 году министр иностранных дел Советского Союза заявил, что амбициям Германии могут противостоять только «решительные соседи», напоминает Пальм. Советский Союз хотел заключить договор о «коллективной безопасности» — однако вопрос о том, насколько решительны были его соседи, оставался открытым. Гитлер смог занять такую мощную позицию благодаря консервативным и либеральным партиям, которые в 1933 году единогласно проголосовали за предоставление ему всей полноты власти, в то время как европейские «демократии» совершенно пассивно смотрели и на вторжение в Рейнскую область, и на фашистский мятеж в Испании.

Несмотря на это, Советский Союз в 1930-е годы энергично пытался заключить оборонные альянсы с Францией, Великобританией, США, Румынией, Польшей, Югославией и даже фашистской Италией, напоминает автор. Однако все предложения Москвы были отклонены, а Польша вообще вплоть до самой войны на международном уровне активно пыталась противодействовать этим попыткам. Более того, в сентябре 1938 года британский премьер-министр Чемберлен и французский президент Даладье встретились с Гитлером и Муссолини в Мюнхене. После чего британцы и французы позволили немецким силам войти в Чехословакию — а Польша, которая первой заключила договор о ненападении с Гитлером, также отправила войска, чтобы захватить чешскую Силезию, говорится в статье.

Однако в апреле 1939 года Франция вновь отклонила очередное предложение Советского Союза. В мае советский министр иностранных дел ещё раз попытался договориться с Польшей, но ему опять сразу же отказали. Англичане одновременно вели тайные переговоры с Гитлером и решили «не спешить». В итоге Москва потеряла всякую надежду на заключение альянса с западными странами, поэтому в августе 1939 года был подписан пакт Молотова — Риббентропа, констатирует Леннарт Пальм.

Этот договор давал Советскому Союзу дополнительное время, чтобы укрепить оборону до нападения немцев, которое на тот момент уже выглядело неизбежным, — а благодаря дополнительному протоколу у СССР появлялась «сфера интересов», которая могла служить буферной зоной, поясняет автор.

Когда в июне 1941 года началась большая атака на Советский Союз в рамках операции «Барбаросса», то помимо Германии, в ней принимали участие Австрия, Румыния, Финляндия, Италия, Венгрия, Словакия и Хорватия, напоминает автор:

Конечно, память — сложное явление, и часто люди стремятся рационализовать и «привести в порядок историю» по идеологическим причинам, говорится в статье. Подобные «механизмы рационализаторства» справедливы для каждого отдельного человека. И сейчас политики Европейского парламента тоже пытаются сконструировать новую «коллективную память», пишет Пальм.

Резолюция Европарламента об «исторической памяти» может повлечь целый ряд последствий, предупреждает автор. По его мнению, из-за этого под угрозой в будущем окажется свобода слова. Можно также предположить, что станет меньше пространства для дебатов и появятся новые школьные учебники, переписанные из политических соображений, говорится в статье. В резолюции предлагают сделать 23 августа — день заключения немецко-советского пакта — общей датой «памяти жертв нацизма и коммунизма», а также выделять больше денег на пропаганду ЕС и препятствовать «тривиализации» темы в дебатах и в СМИ.

Причём подобный «русофобский указ» из Брюсселя с удовольствием подхватила крупнейшая газета Швеции Dagens Nyheter, и, к сожалению, вряд ли стоит ожидать от других шведских СМИ иной позиции, предупреждает автор.