Хазин: Сделка по «Роснефти» — это прорыв блокады

Сделка по приватизации «Роснефти» может рассматриваться как отдельное мероприятие в рамках традиционной схемы продажи крупного пакета акций. И в этом случае есть множество вопросов, связанных с условиями сделки, ценой и прочими вещами. Вместе с тем совершенно очевидно, что именно эта сделка в типовые западные рамки не вписывается — по нескольким причинам. Первая причина: "Роснефть" — российская государственная компания. А сейчас, как я не раз уже говорил, в России идет схватка между либеральным и консервативным крылом. Либералы говорят, что надо срочно приватизировать все, что только можно, и по любой цене, а консерваторы выступают против приватизации и за более эффективное управление государственным имуществом. Вторая причина: мы находимся в состоянии блокады. Да, эта блокада не абсолютна, но весьма существенна, и с ней сталкиваются все, кто заключает международные сделки с участием иностранных контрагентов. Это особенно заметно сейчас, за полтора месяца до инаугурации Дональда Трампа, который, скорее всего, полностью снимет эту блокаду (потому что терпеть не может финансистов, которые ее создали). Давить на Россию в эти полтора месяца будут сильнее прежнего, и это объясняется просто: чем сильнее загонишь точку равновесия в ту или иную сторону, тем больше времени уйдет на то, чтобы вернуть ее обратно. Наконец, третья причина: на наших глазах полностью меняется геополитическая картина мира, и перестановка сил на ней может означать очень многое. В частности, Катар, который на протяжении многих лет выступал как наш политический противник в коалиции с Саудовской Аравией, международными финансистами, ЦРУ и другими структурами, неожиданно принял участие в приватизации «Роснефти». То есть эту сделку следует рассматривать не только как финансовую, но и как геополитическую. И если ее рассматривать с этой стороны, можно увидеть, что произошло несколько прорывов. Первый — это прорыв блокады, и не важно, как именно он случился. Второй — эта сделка стала публичным признанием радикальных геополитических изменений, которые произошли на Ближнем Востоке. Наконец, третий: покупку акций «Роснефти» швейцарской компанией Glencore профинансирует итальянский банк Intesa, который прежде, несмотря на свою относительную лояльность России, старался, как и все западные финансовые структуры, держаться подальше от нас. Это — свидетельство некоего потепления западных финансовых компаний в отношении России и тоже своего рода прорыв блокады. По материалам: amdn