Победы Трампа и сирийских войск разрушают политику Запада в Сирии

Сразу два связанных с Сирией антироссийских фронта разрушаются практически одновременно: военный в Алеппо и политический на Западе. Целый ряд признаков свидетельствует о том, что Запад постепенно начинает пересматривать свое отношение к сирийским событиям и присутствию России на Ближнем Востоке.

Серьезные успехи сирийской армии в Алеппо в очередной раз активизировали попытки политического давления Запада – на Россию, разумеется, а не на Сирию и Асада. Причина очевидна. По мнению западных государств, именно поддержка России обеспечила перелом в войне в Сирии, и в том числе в операции в Алеппо.

Однако, в отличие от прошлых попыток, на этот раз прилагаемые усилия и предлагаемые планы носят куда более легковесный характер.

К введению новых санкций против России призвали депутаты германского бундестага, причем этот документ является не решением парламента, а инициативой двух депутатов. В свою очередь глава МИД Франции Жан-Марк Эйро призвал провести экстренное заседание Совета Безопасности ООН по ситуации в сирийском Алеппо.

Все это происходит на фоне очередной информационной атаки против действий России и Сирии в Алеппо. Однако невозможно не отметить, что нынешняя медиаволна носит куда менее ожесточенный характер, нежели те, что наблюдались в предыдущие пару месяцев.

Показательно, что британские власти аккуратно дистанцируются от темы Алеппо. Депутаты парламента обратились в МИД своей страны с призывом начать в городе гуманитарную операцию, но представитель МИДа охладил их пыл, заявив, что при этом британские самолеты с гумпомощью могут быть сбиты.

Эти события нашли свое отражение в колком комментарии представителя российского Минобороны генерал-майора Игоря Конашенкова, который охарактеризовал позицию Запада как «удивительную слепоту». Генерал прямо заявил, что «освобождение находившихся в заложниках у боевиков более чем 80 тыс. жителей Алеппо вовсе не входило в планы британского и французского МИД, американского Госдепа и германского бундестага».

В свою очередь причина подобного «разброда и шатания» европейских стран видится не только в масштабности успеха сирийской армии в Алеппо, но и в событиях, которые происходят по другую сторону Атлантического океана.

С самого начала именно США были главной движущей силой Запада в сирийском кризисе. Причем до недавнего времени их позиция отличалась жесткостью, а местами недоговороспособностью. Однако победа Дональда Трампа на президентских выборах все кардинально изменила.

Теперь дело не просто в том, что нынешняя администрация покидает Белый дом и другие государственные структуры – а значит, ни у кого нет особого интереса договариваться о чем-либо с ее представителями.

В случае победы Хиллари Клинтон это было бы не столь выраженно, а, возможно, наблюдался бы противоположный тренд. Поскольку Клинтон известна своей крайне «ястребиной» и бескомпромиссно жесткой позицией по большинству точек соприкосновения с Россией, у Кремля мог бы быть интерес договориться с еще действующей американской администрацией, чтобы добиться максимального продвижения в двухсторонних договоренностях.

Однако победа Трампа смешала все карты. Его позиция по сирийскому вопросу куда более взвешенна и ориентирована, по его собственным словам, на сотрудничество и поиск компромисса с Россией. Более того, согласно СМИ, первые неофициальные и не афишируемые контакты по данному вопросу уже происходят.

В этой ситуации у России нет никакого особого интереса договариваться с уходящей администрацией. Есть серьезные надежды на то, что с новым президентом удастся договориться о гораздо большем. В результате отчаянные попытки Джона Керри добиться заключения нового соглашения бесплодны, о чем практически прямо заявил представитель российского МИДа, назвав спекуляции на эту тему «прошлогодним снегом».

В ситуации, когда европейский истеблишмент был ведом в сирийском вопросе Штатами и при этом «заточен» на победу Клинтон, произошедшее вызвало у него дезориентацию и растерянность. Результатом стало, во-первых, ослабление антироссийского накала медиакампании, а во-вторых – маргинализация в большинстве случаев инициаторов тех или иных антироссийских проектов.

Именно поэтому вдруг на первый план вышли депутаты, причем зачастую едва ли не в единичных количествах, а руководители государств теперь стараются делать куда более осторожные телодвижения. Исключением можно назвать Францию, где к созыву Совбеза ООН призвал министр иностранных дел. Однако в свете приближающихся выборов, где будут конкурировать между собой два ключевых кандидата, оба ориентированные на налаживание отношений с Россией, известный своей жесткой антироссийской позицией Эйро является уже отыгранной картой. Громкие инициативы против России в связи с Сирией являются для него уже, по сути, личным проектом, который должен помочь ему в продолжении карьеры после покидания министерского поста.

Таким образом, Россия в данный момент оказалась в весьма выгодном положении, поскольку одновременно произошел развал сразу двух фронтов против нее: военного в Алеппо и политического на Западе. Судя по всему, в Москве рассчитывают по максимуму воспользоваться сложившейся удачной для себя комбинацией.

Ирина Алкснис